доктор медицинских наук, профессор, подразделение гепатологии.
04103, г. Лейпциг, Либигштрассе, 20, Германия.
Prof. Dr. med., Section Hepatology, Clinic for Gastroenterology and Rheumatology.
04103, Leipzig, Liebigstrasse, 20, Germany.
доктор медицинских наук.
20099, г. Гамбург, Лохмюленштрассе, 5, Германия.
Dr. med.
20099, Hamburg, Lohmühlenstrasse, 5, Germany.
доктор медицинских наук.
44623, г. Херне, Вищерштрассе, 20, Германия.
Dr. med.
44623, Herne, Wiescherstrasse, 20, Germany.
доктор медицинских наук.
40237, г. Дюссельдорф, Гумбольтштрассе, 18, Германия.
Dr. med.
40237, Düsseldorf, Humboldtstrasse, 18, Germany.
доктор медицинских наук, профессор университета, кафедра гастроэнтерологии и гепатологии.
45147, г. Эссен, Хуфеландштрассе, 55, Германия.
Univ. Prof. Dr. med., Department of Gastroenterology and Hepatology.
45147, Essen, Hufelandstrasse, 55, Germany.
доктор медицинских наук, приват-доцент.
60594, г. Франкфурт-на-Майне, Шульштрассе, 31, Германия.
Priv.-Doz. Dr. med.
60594, Frankfurt, Schulstrasse, 31, Germany.
доктор медицинских наук.
60596, Франкфурт-на-Майне, Штреземанналлее, 3, Германия.
Dr. med.
60596, Frankfurt, Stresemannallee, 3, Germany.
доктор медицинских наук, кафедра гастроэнтерологии, гепатологии и инфекционных заболеваний.
39104, Магдебург, Брайтер Виг, 228, Германия.
Dr. med., Department of Gastroenterology, Hepatology and Infectious Diseases.
39104, Magdeburg, Breiter Weg, 228, Germany.
доктор наук.
41470, Нойс, Площадь, 1, Германия.
Dr.
41470, Neuss, Platz, 1, Germany.
доктор медицинских наук, доцент.
24105, Киль, Фельдштрассе, 5–7, Германия.
Doz. Dr. med.
24105, Kiel, Feldstrasse, 5–7, Germany.
Ингибитор протеазы Телапревир (ТПВ) является одним из первых противовирусных препаратов прямого действия (ПППД) и применялся в странах Евросоюза при лечении хронического гепатита С в качестве нового метода с сентября 2011 года по сентябрь 2016 года.
Цель: Оценить применение правил остановки (прекращения) или сокращения периода терапии и их влияние на устойчивый вирусологический ответ (УВО), а также безопасность и эффективность противовирусной терапии на основе ТПВ при рутинном применении в Германии.
Материалы и методы. В неинтервенционном мультицентровом исследовании участвовали 802 пациента (272 пациента, ранее не получавшие, и 520 пациентов, ранее получавшие противовирусные препараты).
Результаты. Устойчивый вирусологический ответ (УВО) был достигнут у 56,6 % пациентов. Доля пациентов с УВО среди пациентов с рецидивом после предыдущего лечения была выше (68,0 %), чем у пациентов с предыдущим нулевым ответом (31,1 %) и у пациентов, ранее не получавших противовирусные препараты (58,1 %). Критериям прекращения терапии соответствовали 3,2 % пациентов, из них у 65,4 % лечение было остановлено. Критериям сокращения терапии соответствовали 34,3 % пациентов. Это правило было применено в отношении 48,4 % из них, у 34,5 % оно не соблюдалось. Таким образом, не всегда соблюдались рекомендации по прекращению или сокращению терапии. Чаще терапию сокращали в группе пациентов, ранее не получавших лечения (54,8%), чем в группе пациентов, получавших противовирусную терапию в анамнезе (24,2%). Именно применение правил прекращения терапии, а не сокращение ее продолжительности, позволило снизить затраты на лечение.
Заключение. Терапия на основе ТПВ в свое время стала прорывом в лечении гепатита С. Позже были предложены новые варианты ПППД для терапии, что усложнило выбор и точность применения препаратов. ПППД привнесли одновременно как новые возможности, так и новые сложности.
As one of the first Direct Acting Antivirals (DAA), the protease inhibitor Telaprevir (TVR) was available in the European Union from 9/2011 until 9/2016 as a new treatment option for chronic Hepatitis C.
Aim. To assess the implementation of therapy stopping rules or shortening of the treatment and their impact on sustained virological response (SVR), as well as the safety and efficacy of the TVR-based therapy during routine daily treatment of patients in Germany.
Materials and Methods. 802 patients were assessed (272 treatment naïve, 520 pre-treated) in the noninterventional, multi-center study.
Results. 56.6 % of the patients achieved SVR. SVR rate was higher in patients with relapse after previous treatment (68.0 %) than in patients with a previous null-response (31.1 %) and in previously untreated patients (58.1 %). Stopping rule conditions were fulfilled by 3.2 % of patients and it was implemented in 65.4 % of these. 34.3 % of the patients fulfilled the conditions for a therapy shortening. This rule was adhered to in 48.4 % of these, in 34.5 % it was not adhered to. Thus recommendations were not always being followed. Therapy shortening was considered more frequently in previously untreated (54.8 %) than for previously treated patients (24.2 %). Stopping rule application but not shortened treatment reduced therapy costs.
Conclusion. The TVR-based therapy represented a breakthrough at that time. Further DAAs have been added as therapeutic options since, increasing the complexity of treatment choice and correct implementation. They represent both an opportunity and a challenge for all those involved.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.