Невольских Алексей Алексеевич — доктор медицинских наук, заместитель директора по лечебной работе
249036, г. Обнинск, ул. Маршала Жукова, 10
Aleksey A. Nevolskikh — Dr. Sci. (Med.), Deputy Director for Medical Work
249036, Obninsk, Marshala Zhukova str., 10
Авдеенко Виолетта Андреевна — клинический ординатор
249036, г. Обнинск, ул. Маршала Жукова, 10
Violetta A. Avdeenko — Clinical Resident
249036, Obninsk, Marshala Zhukova str., 10
Михалева Юлия Юрьевна — врач-онколог отделения лучевого и хирургического лечения заболеваний абдоминальной области
249036, г. Обнинск, ул. Маршала Жукова, 10
Yulia Yu. Mikhaleva — Oncologist, Department of Radiation and Surgical Treatment of Diseases of the Abdominal Region
249036, Obninsk, Marshala Zhukova str., 10
Почуев Тарас Петрович — кандидат медицинских наук, старший научный сотрудник отделения лучевого и хирургического лечения заболеваний абдоминальной области
249036, г. Обнинск, ул. Маршала Жукова, 10
Taras P. Pochuev — Cand. Sci. (Med.), Senior Researcher, Department of Radiation and Surgical Treatment of Abdominal Diseases
249036, Obninsk, Marshala Zhukova str., 10
Соколов Павел Викторович — врач-онколог отделения лучевого и хирургического лечения заболеваний абдоминальной области
249036, г. Обнинск, ул. Маршала Жукова, 10
Pavel V. Sokolov — Oncologist, Department of Radiation and Surgical Treatment of Diseases of the Abdominal Region
249036, Obninsk, Marshala Zhukova str., 10
Зибиров Руслан Фяритович — врач-патологоанатом патологоанатомического отделения
249036, г. Обнинск, ул. Маршала Жукова, 10
Ruslan F. Zibirov — Pathologist, Pathology Department
249036, Obninsk, Marshala Zhukova str., 10
Резник Иван Павлович — клинический ординатор
249036, г. Обнинск, ул. Маршала Жукова, 10
Ivan P. Reznik — Clinical Resident
249036, Obninsk, Marshala Zhukova str., 10
Силин Никита Дмитриевич – студент медицинского факультета
249030, г. Обнинск, тер. Студгородок, 1
Nikita D. Silin — Student, Faculty of Medicine
249030, Obninsk, Studgorodok, 1
Петров Леонид Олегович — кандидат медицинских наук, заведующий отделением лучевого и хирургического лечения заболеваний абдоминальной области
249036, г. Обнинск, ул. Маршала Жукова, 10
Leonid O. Petrov — Cand. Sci. (Med.)
249036, Obninsk, Marshala Zhukova str., 10
Иванов Сергей Анатольевич — доктор медицинских наук, член-корреспондент РАН, директор Медицинского радиологического научного центра им. А.Ф. Цыба — филиала ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр радиологии» Министерства здравоохранения Российской Федерации; профессор кафедры онкологии и рентгенорадиологии им. В.П. Харченко медицинского института ФГАОУ ВО «Российский университет дружбы народов имени Патриса Лумумбы»
249036, г. Обнинск, ул. Маршала Жукова, 10
Sergei A. Ivanov — Dr. Sci. (Med.), Corresponding Member of the Russian Academy of Sciences, Director, A. Tsyb Medical Radiological Research Centre — Branch of the National Medical Research Radiological Center of the Ministry of Health of the Russian Federation; Professor of the Department of Oncology and Radiology named after V.P. Kharchenko, Peoples' Friendship University of Russia named after Patrice Lumumba
249036, Obninsk, Marshala Zhukova str., 10
Каприн Андрей Дмитриевич — доктор медицинских наук, профессор, академик РАН, академик РАО, генеральный директор ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр радиологии» Министерства здравоохранения Российской Федерации; заведующий кафедрой онкологии и рентгенорадиологии им. В.П. Харченко медицинского института ФГАОУ ВО «Российский университет дружбы народов имени Патриса Лумумбы»
249036, г. Обнинск, ул. Королева, 4
Andrey D. Kaprin — Dr. Sci. (Med.), Professor, Academician of the Russian Academy of Sciences, Academician of the Russian Academy of Education, Director General of National Medical Research Radiological Center of the Ministry of Health of the Russian Federation; Head of of the Department of Oncology and Radiology named after V.P. Kharchenko, Peoples' Friendship University of Russia named after Patrice Lumumba
249036, Obninsk, Koroleva str., 4
Введение. Стандартный объем удаляемых групп лимфатических узлов при раке правой половины ободочной кишки (РППОК) не определен. Согласно японским клиническим рекомендациям, необходимо во всех случаях, за исключением I стадии, выполнять D3-лимфодиссекцию, тогда как согласно европейским и российским клиническим рекомендациям в стандартный объем хирургического вмешательства входит только D2лимфаденэктомия. Отдаленные результаты при РППОК в зависимости от выбора D2и D3-лимфодиссекции не изучены. Проведение исследований, позволяющих улучшить отдаленные результаты лечения больных РППОК, актуально.
Цель исследования: Сравнительная оценка непосредственных и отдаленных результатов лечения больных РППОК, оперированных в объеме лапароскопической правосторонней гемиколэктомии в Медицинском радиологическом научном центре им. А.Ф. Цыба — филиале ФБГУ «НМИЦ радиологии» Минздрава России в 2018–2022 годах.
Материалы и методы. В период с 2018 по 2023 г. в исследование были включены 174 пациента с РППОК I–III стадий: у 106 больных хирургическое лечение было выполнено в объеме лапароскопической правосторонней гемиколэктомии с D2-лимфодиссекцией, у 68 — с D3-лимфодиссекцией. При оценке однородности и сопоставимости групп по исходным параметрам, таким как клиническая стадия, пол, возраст, индекс массы тела и локализация опухоли, была отмечена разнородность, что не позволяло напрямую проводить сравнительную оценку обеих групп. С целью адекватного подбора групп была применена методика псевдорандомизации, после проведения которой группы (n = 68) стали статистически сопоставимы по всем основным клиническим параметрам.
Результаты. Статистически значимые различия были получены по медиане длительности хирургического вмешательства, которая была выше в группе больных с D3-лимфодиссекцией — 150 (60–393) и 213 (70–390) минут (р < 0,001) и по медиане времени отхождения газов — 2-е (1–4) и 3-и (1–9) сутки соответственно (р = 0,042). Послеоперационные осложнения, в соответствии с классификацией Клавьен — Диндо, возникли у 16 (23,5 %) больных в группе с D2-лимфодиссекцией и у 15 больных (22,1 %) в группе с D3-лимфодиссекцией (р = 0,999); осложнения III–V степени отмечены в 2 (2,9 %) случаях в одной и другой группах соответственно (р = 0,999). Послеоперационный койко-день составил 6 дней для пациентов в обеих группах (р = 0,369). При патоморфологической оценке удаленного препарата медиана количества исследованных лимфатических узлов была достоверно выше в группе с D3-лимфодиссекцией и составила 14 (1–52) и 19 (3–59) соответственно (р < 0,001). Поражение апикальных лимфатических узлов (группы 203, 213, 223) отмечено у 2 (3 %) больных. В группе с D2-лимфодиссекцией отдаленные метастазы регистрировали в два раза чаще по сравнению с группой с D3-лимфодиссекцией — у 8 (11,8 %) и 4 (5,9 %) пациентов соответственно (р = 0,365). Местный рецидив не был установлен ни в одном случае. Показатели трехлетней общей и безрецидивной выживаемости составили 94,8 ± 3,0 и 100 % (р = 0,149) и 80,5 ± 5,8 и 88,7 ± 5,8 % (р = 0,177) соответственно.
Выводы. Опыт применения тотальной мезоколонэктомии с D3-лимфодиссекцией при РППОК свидетельствует о безопасности данного хирургического вмешательства в сравнении с традиционной хирургической техникой, при этом мы не получили статистически значимых различий по выживаемости больных. Для окончательного определения роли D3-лимфодиссекции в лечении больных РППОК необходимы многоцентровые рандомизированные исследования.
Introduction. The standard volume of removed groups of lymph nodes for right colon cancer (RCC) has not been determined. According to Japanese clinical guidelines, it is necessary to perform D3 lymphadenectomy in all cases, except stage I, while according to European and Russian clinical guidelines, the standard scope of surgical intervention includes only D2 lymphadenectomy. There are no long-term results regarding differences between D2 and D3 lymph node dissection in RCC; therefore, it is relevant to conduct studies to improve the long-term results of treatment of patients with RCC.
Aim: to comparatively evaluate the results of treatment of patients with RCC who underwent laparoscopic right hemicolectomy at A. Tsyb Medical Radiological Research Center.
Materials and methods. Conducted from 2018 to 2023, the study included 174 patients with stage I–III RCC: in 106 patients, laparoscopic right hemicolectomy with D2 lymph node dissection was performed, in 68 patients — with D3 lymph node dissection. When assessing the homogeneity and comparability of the groups, according to input parameters, such as clinical stage, gender, age, body mass index and tumor location, their heterogeneity was noted, which did not allow a direct comparative assessment of both groups. To eliminate heterogeneity and adequately select groups, a pseudorandomization technique was used, after which the groups (n = 68) became statistically comparable in all main clinical parameters.
Results. Statistically significant differences were obtained in the median duration of surgical intervention, which was longer in the group of patients with D3 lymph node dissection — 150 (60–393) and 213 (70–390) minutes (p < 0.001), and in the median time of flatus passage — 2 (1–4) and 3 (1–9) days, respectively (p = 0.042). Postoperative complications in accordance with the Clavien — Dindo classification occurred in 16 (23.5 %) patients in the group with D2 and in 15 patients (22.1 %) in the group with D3 lymph node dissection (p = 0.999); III–V grade complications were noted in 2 (2.9 %) cases in each group (p = 0.999). Postoperative hospital stay was 6 days for patients in both groups (p = 0.369). During pathomorphological assessment of the removed specimen, the median number of examined lymph nodes was significantly higher in the group with D3 lymph node dissection: 14 (1–52) and 19 (3–59) lymph nodes, respectively (p < 0.001). Involvement of apical lymph nodes (groups 203, 213, 223) was noted in 2 (3 %) patients. In the group with D2 lymph node dissection, distant metastases were recorded twice as often as in the group with D3 lymph node dissection — in 8 (11.8 %) and 4 (5.9 %) patients, respectively (p = 0.365). Local recurrence was not established in any case. The three-year overall and disease-free survival rates were 94.8 ± 3.0 and 100 % (p = 0.149) and 80.5 ± 5.8 and 88.7 ± 5.8 % (p = 0.177), respectively.
Conclusions. The experience of using total mesocolonectomy with D3 lymph node dissection for RCC indicates the safety of this surgical intervention in comparison with traditional surgical techniques, while we did not obtain statistically significant differences in patient survival. To definitively determine the role of D3 lymph node dissection in the treatment of patients with RCC, large multicenter randomized studies are certainly needed.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.